Слушать статью60 сек или целиком
В три часа ночи Иван проснулся оттого, что его загородный дом переходил ручей. За окном проплыла берёза, потом сосна, потом сильно удивлённый лось. Иван посмотрел на стакан воды, который медленно полз по столу, и понял: отдых становится активным без его согласия.
Ещё вчера он забронировал тихий домик у озера. Хотел выспаться, выключить рабочие чаты и хотя бы двое суток никуда не бежать. Судя по скрипу половиц, у домика были другие планы.
Всё началось с того, что Баба-яга решила заняться посуточной арендой. Избушка простаивала, печь всё равно топилась, а случайные богатыри давно перестали быть надёжным источником дохода. Приходили без записи, требовали накормить, напоить и спать уложить. Один ещё и возмутился, что нет овсяного молока. Яга три дня потом спрашивала у Лешего, в каком возрасте начинают доить овёс.
«Хватит, — решила она. — Теперь сначала предоплата. Потом добрый молодец».
Для объявления пригласили Лешего. Он сфотографировал закат, повесил над кроватью гирлянду и убрал из кадра курьи ноги. «С ногами объект выглядит нестабильно», — объяснил он. Яга обиделась: на этих ногах избушка двести лет простояла. Правда, не всегда на одном месте. Зато огнетушитель Леший оставил на видном месте. С ним любое колдовство выглядело законнее.
Объявление получилось прекрасным: «Авторский дом с характером. Панорамный вид на лес. Русская печь. Полное уединение. Идеально для цифрового детокса». Про отсутствие мобильной связи решили отдельно не писать: это уже было включено в слово «идеально». Слово «дедлайн» в доме запрещалось произносить вслух — от него сворачивалось молоко.
Яга придумала три тарифа. Standard включал ночлег, чайник и Wi-Fi по настроению. Premium позволял заказать перемещение дома поближе к воде или подальше от комаров. Enterprise обещал защиту от богатырей и персональное проклятие для тех, кто приходил со словами «я только спросить». Иван на секунду задумался, нельзя ли купить одно проклятие без проживания. Потом вспомнил, что решил не думать о работе, и выбрал Standard.
Цена при оформлении немного подросла: добавились уборка, сервисный сбор и подготовка печи. «Полторы тысячи за уборку? У вас же волшебная метла», — написал Иван. «Она у меня ещё и летает. Но бесплатно работать от этого не обязана», — ответила Яга. Возразить было трудно. Иван тоже многое умел, но зарплату всё равно любил.
Перед заездом хозяйка попросила прислать паспорт. Избушка при встрече потребовала снять обувь. Иван сразу понял, кто здесь главная. Дом слегка переминался с ноги на ногу, но после долгой дороги Иван списал это на собственную усталость. На двери висела инструкция: «Для входа произнесите код из сообщения. Фразу “Встань к лесу задом” не использовать. Это сбрасывает настройки».
Внутри пахло дровами и пирогами. На столе лежала памятка: после десяти не шуметь, печь без спроса не кормить, костяную ногу в прихожей не считать забытым имуществом предыдущих гостей. В холодильнике стояла коробка яиц с запиской: «Не трогать. Одно Кощеево. Он сам уже не помнит какое». Иван осторожно поставил свой йогурт на другую полку.
Вечером он выпил чаю, посмотрел на воду и впервые за неделю уснул без телефона в руке. А в три ночи выяснилось, что у его жилья есть собственный маршрут.
Иван открыл переписку с хозяйкой. «Доброй ночи. У вас дом идёт». Ответ пришёл быстро: «Здравствуйте! Рады, что вы выбрали нашу избушку. Уточните, пожалуйста, что именно вас не устраивает». Иван несколько секунд смотрел на экран. «Направление. И вообще сам факт».
Яга попросила прислать видео. Иван снял, как за окном удаляется озеро. Пока отправлял запись, избушка перешагнула поваленную ель. Из шкафа выпало запасное одеяло. «А точный адрес можете указать?» — спросила хозяйка. «Могу. Но вы, пожалуйста, читайте быстро».
«Объект временно изменил геолокацию, — написала Яга. — Попробуйте обновить карту». Иван обновил. До озера теперь было четыре километра. До его машины — пять. Карта предложила добраться пешком. Дом, кажется, уже воспользовался этой рекомендацией.
«В объявлении написано: тихое место у воды». — «Так и есть. Сейчас идём к болоту. Там тоже вода». — «Я не заказывал экскурсию». — «У вас Standard. Управление маршрутом доступно в Premium». Иван сел на кровать. Даже в самом дорогом отпуске у него ещё ни разу не просили доплатить за то, чтобы недвижимость перестала двигаться.
Он нажал «Пожаловаться на объект». Избушка угрожающе скрипнула всеми половицами. Иван на всякий случай убрал телефон. Выяснять, как здесь устроена обратная связь, хотелось уже после возвращения залога.
В полных условиях проживания между запретом на вечеринки и рекомендацией не смотреть сове прямо в глаза обнаружился пункт: «Объект может осуществлять самостоятельные перемещения в пределах лесного массива». Ниже пояснялось, что жалоба на удалённость от озера рассматривается с учётом фактического положения объекта на момент её подачи. Иван подумал, что юриста Бабы-яги вполне можно было выставлять против богатырей без всякого проклятия.
Тем временем избушка добралась до болота и присела. Лягушки замолчали. Иван уже собирался выдохнуть, когда дом потянулся одной ногой к кочке. На столе зазвенели чашки. «Выходить сейчас можно?» — написал он. «Лучше дождаться полной остановки», — ответила хозяйка. Иван сделал скриншот. Очень хотелось сохранить момент, когда аренда жилья окончательно превратилась в поездку на автобусе.
Потом пришло автоматическое сообщение: «Как проходит ваше проживание? Оцените расположение». Иван посмотрел на болото, на торчащую из него корягу и снова на телефон. Даже приложение издевалось с хорошим чувством момента.
Яга всё-таки прилетела. Приземлилась у крыльца, постучала метлой по стене и спросила: «Ты чего творишь? У нас гость!» Избушка обиженно скрипнула. Выяснилось, что по ночам она много лет ходила к болоту слушать лягушек. Про новый бизнес ей сообщили, а про отмену прогулок — забыли. Гирлянду повесили, отзывы завели, календарь бронирований заполнили. С домом никто не поговорил.
«Ты же сама согласилась принимать гостей!» — возмутилась Яга. «Гостей, — скрипнула избушка. — А не стоять на работе круглосуточно. У меня, между прочим, ноги». Иван впервые за ночь почувствовал, что его понимают. Ему тоже иногда добавляли обязанностей, предварительно обновив красивую презентацию.
Договорились прямо на крыльце. Во время бронирования избушка остаётся по указанному адресу. Прогулки — в свободные дни или по желанию гостей. «И без этих ваших “мы тут все одна семья”, — добавила избушка. — Прошлый богатырь тоже так говорил. Потом три дня не съезжал».
Возвращение к озеру Яга организовала за свой счёт и по дороге велела печи испечь пирог. Печь сообщила, что она вообще-то отвечала только за отопление. Яга посмотрела на избушку, на печь, на метлу. Ещё утром у неё была недвижимость. Теперь — коллектив с требованиями. «Пожалуйста», — сказала она печи. Это сработало быстрее, чем предыдущие распоряжения.
К утру дом вернулся на место. Иван нашёл машину там, где оставил, и обрадовался ей гораздо сильнее, чем обычно радуются собственной машине. По крайней мере, эта без него никуда не ходила. Яга вернула часть оплаты и дописала в объявление: «Во время вашего отдыха дом стоит. Всё остальное обсуждается заранее».
На прощание она предложила поздний выезд: «Можете до двух». Иван уже надевал куртку, но на всякий случай уточнил: «Это я могу выехать до двух или он?» Яга вздохнула и подарила ему ещё один пирог.
Бронировать избушку после этого стали даже чаще. Оказалось, многим хотелось прокатиться по лесу вместе с кроватью. Особенно семьям с детьми: ребёнок мог часами смотреть в окно и не спрашивать, скоро ли приедем. Яга только просила не заводить дом фразой «а давайте ещё кружочек» перед самым выездом.
Иван оставил отзыв: «Внутри чисто, пироги отличные. Хозяйка на связи даже ночью. Дом с характером. Если планируете пешую прогулку, сначала уточните, кто именно пойдёт».
А избушка попросила завести ей отдельный профиль. Гости, по её мнению, тоже попадались разные. Один всю ночь храпел. Другой назвал её квартирой. Третий попросил подвинуться поближе к парковке, потому что у него тяжёлый чемодан. Отзыв об Иване она написала сама: «Гость тихий, аккуратный. Ночью немного кричал, но по делу. Рекомендую другим домам».